Поляки Литвы: “А не пора ли объединиться в борьбе за свои права?!”

 

Вроде бы Латвия и Литва почти сёстры.  Номинальная граница, после вступления обеих стран в Евросоюз, развитое автотранспортное сообщение.  Но вот о жизни у соседей иы знаем не так уж и много.

Интерес появляется эпизодически, как в эти дни, после банковского скандала, который напрямую затронул десятки тысяч латвийцев. Но меня в Вильнюс привел не он.

Благодаря своему приятелю Юрию, познакомился в Интернете с представителем польского национального меньшинства в Литве, секретарём Совета польских юристов в Литве Ярославом Скудером. Тут и вспомнилось, как в разгар “перестройки” Горбачева в этой республике резко обострилась ситуация с правами национальных меньшинств. И именно поляки, живущие там, стали едва ли не первыми, кто на территории распадающегося Советского Союза в полный голос заявили о том, что они не люди второго сорта в Литве, которая первая из советских республик, пусть формально, но заявила о своей независимости.

С тех пор прошло более 20 лет. Как живёт в соседней страна польская диаспора, что изменилось за это время, как остаивает свои права это национальное меньшинство, может их опыт окажется востребован и в Латвии? Эти и другие вопросы задал новому знакомому по Сети и в ответ получил приглашение приехать в Вильнюс и своими глазами увидеть нынешнюю реальность.

От такого предложения не отказываются. И ранним утром на комфортабельном автобусе я отправился из Риги в столицу Литвы.

 

Дорожные впечатления

 

В последний раз по этой дороге ехал 12 лет назад. Ещё существовала официальная граница, таможни, пограничники, но, помнится, тогда поразили прекрасные автотрассы в Литве, на фоне которых наши выглядели весьма… скромно. Скажу сразу, за минувшее время латвийские несколько подтянулись. Но литовские по-прежнему впереди. Ладно, двух- и трехрядность на шоссе. Буквально поразило, что дорожные металлические ограждения выглядят как новенькие (сравните с нашими, даже в Риге на мостах, изъеденные ржавчиной). Более того, в нескольких местах заметил, как специальные бригады ведут их покраску и замену. Интересно, у них на что уходит автотранспортный налог?

Второе наблюдение. Такие огромные распаханные поля и засеянные озимыми, видел только в последней советской республике – в Белоруссии. Более того, трудно было не заметить прекрасные мелиоративные каналы и канавы, которые, (сам видел!) восстанавливаются и ремонтируются с использованием техники. М-да… Чего же тогда стоят стенания наших политиков о демпинговых ценах на сельхозпродукцию из Литвы, которая уже почти вытеснила латвийских производителей их сетей супермаркетов (опять же, в большинстве литовских) в нашей стране?

А с другой стороны, если бы не объявление водителя, что мы пересекаем границу Латвии и Литвы, никто бы и не заметил этого. В городах и посёлках всё те же рекламы магазинов, банков, Интернета и телефонных компаний…

Помнится, 12 лет назад поразился тому, что в Литве не были уничтожены промышленные предприятия, в том числе и выпускающие знаменитые холодильники «Снайга» и телевизоры «Таурас». Поинтересовался у своих собеседников, а как сейчас? С некоторым удивлением услышал, что, несмотря на все перепетии последних лет, оба предприятия держатся. То есть, не по примеру Латвии, их не разворовали и не продали в угоду ЕС. Хотя, литовцы, в лучшем понимании, всегда были себе на уме. Справедливости ради стоит упомянуть и о том, что даже в самом Вильнюсе рядом с суперсовременными новыми зданиями можно увидеть цеха советских предприятий с выбитыми стёклами, заброшенные жилые здания. Впрочем, о последних отдельный разговор, который продолжился в Доме польской культуры в Вильнюсе.

 

Как живёте, братья-поляки?

 

Именно с такого вопроса началось моё общение с представителями польской диаспоры в Литве – депутатом Вильнюсского горсовета, председателем Союза польских юристов Литвы Гжегожем Саксоном и секретарём этой  организации Ярославом Скудером.

 

–         Начнём с того, что в Литве официально насчитывается 250 тысяч поляков, которые компактно живут в Вильнюсе, около 100 тысяч, и 150 тысяч в окрестных районах. На литовско–белорусском приграничье поляки составляют большинство жителей. Для примера, в самом Вильнюсе поляков около 20%, в Вильнюсском районе проживает более 60% поляков,  в Шальчининкском – около 80%, в Тракайском районе – более 30%, в Швенчёнском районе – 25 % поляков. Мы являемся самым большим национальным меньшиством в этой стране. Далее следуют русские и представители других национальностей.

– Помнится, во времена так назывемой горбачёвской «перестройки» в Литве резко обострились отношения между поляками и т.н. титульной нацией. Тогда даже не возник ещё латвийский Интерфронт..

–         Действительно, мы оказались первыми, кто стал противостоять возрождающемуся национализму в прибалтийских республиках. Сразу уловили угрозу своему языку, культуре, да нашей нации. Спонтанно, на територриях, где живут поляки, возникла идея создания культурной автономии. И она возникла. Это образование назвали Польским териториальным районом. Но властям крайне не понравилось. Последовали административо-ререссивные меры. В итоге, идея была загублена.

Верховный Совет Литвы (Сейм) утвердил поначалу наше объединение. Всё-таки, на данной территории проживают 65 процентов поляков. Но потом всё изменилось.

–         Август 1991-го года. Как он отозвался в Литве?

–         Поляки ещё на всесоюзном референдуме в подавляющем большинстве выступили за сохранение СССР. Мы уже тогда понимали, что последует после распада страны. Ничего хорошего для национальных меньшинств это не несло. И вскоре создали уже упомянутый, автономный округ, чтобы иметь гарантию сохранения своего языка и культуры. В эту территориальную единицу вошли Вильнюсский и Шальчининкский районы полностью, южная часть Швенчёнского района, восточная часть Тракайского и Ширвинтского районов. Столицей была провозглашена Ново-Вильня (восточный район Вильнюса, населённый поляками, белорусами, русскими). Население новообразованного района составило 215 тыс. Человек (из которых 65% – поляки), территория занимала около 5 000 кв. километров. Также был принят флаг и гимн Польского териториального края. В 1990 году в Эйшишках состоялся съезд представителей края, на котором и было принято такое решение.

11 марта 1990 года Верховный Совет Литвы, в котором были и 8 депутатов от нашей диаспоры, поддержал эту инициативу. Но потом всё изменилось. Центральная власть отменила всё и 4 сентября 1991 года, через 8 дней после того, как Польша признала независимую Литву со столицей в Вильнюсе, были распущены Советы Вильнюсского и Шальчининкского районов и введено прямое правление.

К слову. В 1989 году, когда началось движение за выход Литвы из состава СССР, местные поляки, подчеркнём ещё раз, отнеслись к этому весьма настороженно. Тем более, что надо учитывать и исторический аспект. Вильно был передан Литве Сталиным после известных соглашений с гитлеровской Германией. И потеря своей идентичности, угроза которой тогда, во времена перестройки, стала вырисовываться весьма реально, невольно сплотила поляков Литвы.

Да, нас пытались разъединить, создать несколько польских партий. Но мы сумели создать единую организацию. И пусть наш список не прошёл пока в Сейм, но там есть три польских депутата, которые были избраны в одномандатных округах. А в Вильнюсском горсовете и в районном, выборы в которые прошли в феврале этого года, удалось не только успешно преодолеть барьер голосования, но и существенно улучшить прежние результаты. В Совете Вильнюсского района представители Избирательной акции поляков Литвы занимают 19 из 25 мест, в Совете Шальчининкского района – 22 из 25. В горсовете Вильнюса ИАПЛ входит в правящую коалицию и занимает 9 мест из 51. Более того, наш представитель избран и в Европарламент. Свои интересы и права мы никогда и никому не отдадим.

–         А к этому есть поползновения?

–         Конечно. И самый яркий пример – фактическое отнятие земель у нелитовцев, в первую очередь, у поляков. Формально не к чему придраться. Земельные участки для возврата бывшим собственникам формировали местные самоуправления. Однако таковые в Вильнюсском и Шальчининкском районах два года (после роспуска местных Советов в 1991 году) не существовали. А затем  решение данных вопросов было передано от местных Советов центральной власти (сформированы так называемые «округа», которым были предоставлены полномочия в вопросах возврата земли). Следом последовали законы, которые, фактически, ущемляли права хозяев земли – поляков и представителей других национальностей. Прежде всего, приняв абсурдный закон о возможности «переносить» землю с одного района земли в другой. И массово пришлые литовцы стали переносить свою землю из глубинки Литвы под Вильнюс. Не удивительно, что 50% претендентов на возврат земли из Вильнюсского района не удалось вернуть землю своих предков. После долгой борьбы нам, вроде, удалось кое-что изменить. Но, опять-таки, власти приняли решение компенсировать, крайне неадекватно, отобранные земли. Причём, подчас, в других районах. И даже на таких кабальных условиях только 15% процентов наших соотечественников в Вильнюсе и 50% в Вильнюсском районе вернули землю. Остальным предложили смехотворные и неадекватные компенсации. К слову, к этому приложил свою руку бывший председатель Сейма Ландсбергис, «демократ». Он успешно «перенёс» свою землю из-под Каунаса под Вильнюс.

–         Этот вопрос стал оселком. И мы, польские юристы, намерены решить его, согласно законодательству Литовской Республики.

– А свой дом? На него тоже надо было доказывать права?

–         Тут были разные варианты. Компенсация, приватизация и т.д. Но, с учётом того, что в 1940-м году вся земля была национализирована, возникли определённые юридические коллизии. Вот и разбираемся до сих пор с ними.

– А как полякам удается отставить свои права?

–         Нас в Литве 250 тысяч. Но есть свои особенности в политической жизни страны. После восстановления независимости Литвы в парламент могли избираться и члены союзов, в которые входили представители разных общественных движений. Потом последовали изменения, согласно которым в Сейм могли баллотироваться только партии. И тогда нам пришлось зарегистровать свою – Избирательная акция поляков Литвы. Мы стартовали в 1996 году, хотя уже с 1992 года заявили о себе. – тогда в парламент прошло 8 поляков. За минувшие годы многое изменилось. Сейчас у нас в Сейме три представителя, которые прошли по одномандатным округам, и один – в Европарламенте. Но зато на муниципальном уровне у нас явный успех. Вместе с русскими избирателями (не забывайте, что в Литве был принят нулевой вариант гражданства нашей страны). Но, сами понимаете, главное, кто считает…

– Тем е менее, у вас есть четырехэтажное здание Дома польской культуры, где, судя даже по кабинетам и табличкам, находятся многие польские общественные организации. Даже ветераны Армии Крайовой. А почему нет ветеранов Армии Людовой?

–         Части Армии Людовой не действовали на территории Виленского края во время войны. А 9 Мая, в День Великой Победы, в Вильнюсе, несмотря на всякие решения, ветераны антигитлеровской коалиции, их родные и близкие, все, кто помнит о Победе, спокойно и с достоинством возлагают венки и цветы к могилам павших в войне воинов антигитлеровской коалиции, как советских воинов, так и Армии Крайовой (что вызывет нескрываемое раздражение граждан «титульной национальности»).

–         Позвольте, вернёмся к истории. 1991-й…

–         26 августа 1991-го, после так называемого «путча», Польша официально признала современную административную границу с Литвой. А в 1994-м году был подписан договор об добрососедских отношениях между Литвой и Польшей.

–         – В итоге подарок Сталина Литве в 1939-м был законодательно закреплен?

–         Такова история.

–         А как строятся отношения с вашей этнической родиной, Польшей?

–         Нормально, Варшава нас не забывала. Помогала в решении разных вопросов, в том числе, и в поддержке польских школ.

–         А как контактируете с другими национальными меньшиствами Литвы?

–         Жаль, но с русской общиной так и не нашли тесного контакта. Тем более, что там нет единой позиции.

–         Аналогично.

–         Но мы всегда готовы к сотрудничеству.

–         Интересно, а как живёт в условиях независимой Литвы польская молодёжь?

–         Несколько сложно. Все вузы обучают студентов на государственном языке. У нас есть филиал Белостокского университета, где можно учиться на польском. Плюс частный Институт бизнеса и экономики. Но это слишком малый сектор. Поэтому многие наши ребята и девушки уезжают на учёбу в Польшу. Тем более, что там у них есть определённые льготы.

–         Гжегож, вам жить здесь комфортно?

–         Давайте промолчим.  Но если мои деды и родители родились на территории Вильно, как и я, и мои дети, это наша родина. Интересно получается. Отец  родился в царской России. Я – в Советском Союзе, мои дети – в уже независимой Литве. То есть, мы никуда не уезжали, не приезжали. И никогда не согласимся, что поляки – не коренные жители, и не допустим ущемления своих прав.

–         Общая боль наших стран – отъезд за границу людей. Много уехало жителей Литвы?

–         По официальным, но не реальным, подсчётам, от 500 тысяч до одного миллиона. И среди них немало поляков. Надо выживать.

–         Беспокоят местные нацисты?

У вас фашисты шагают 16 марта, у нас – 11-го. Но это молодые неонацисты. В отличии от Латвии, у нас нет партий такого толка, и этих пока власти терпят. Но, обратите внимание, в Литве, в отличии от Латвии и Эстонии, во времена гитлеровской оккупации, не было создано дивизий Ваффен СС. Это уже о многом говорит.

«Учитываем ваш опыт»

 

В Литве где-то аналогичные проблемы с образованием. Но там учли опыт Латвии и постарались не допустить ситуации, которая у нас привела к пресловутой процентовке в русских школах. Об этом мы и бесседуем с секретарём Совета Вильнюсского района, председателем Родительского комитета польских школ Литвы Ренатой Цытацкой.

 

Для начала некоторые пояснения, полученные от польских юристов. В 1994-м году были созданы округа, которым были переданы функции по управлению школами, в том числе и национальными. Вильнюсский округ имел 8 самоуправлений. А после этой реорганизации все они попали под одно начало. В итоге создали 10 округов. После чего польские и русские школы оказались на положении изгоев, тем более, что теперь ими командовали округа. Более того, поскольку в тех районах почти не было литовских школ, власти стали в официальном порядке их создавать. Как шла эта ассимиляция, отдельный разговор. Но прикрывалась  акция «реконструкцией зданий, реорганизацией», привлечением безработных родителей и прочими формальными причинами. Получается, что невольно польские и русские дети вынуждены были записываться в литовские школы.

–         Смотрю, шли по пути латвийских властей.

–         Да. Но мы внимательно наблюдали за борьбой русскоговорящего населения в Латвии за сохранение своих школ, в том числе и за действиями Штаба по защите русских школ. Полностью были на вашей стороне, но анализировали и ошибки.

И в итоге пришли к тому, что родители создали свой комитет по защите родного языка, а его председателем избрали меня. А сейчас я являюсь и представителем комитетов, которые готовят забастовки и акции протеста против политики ассимиляции. К активной деятельности нас подтолкнуло принятие 17 марта этого года нового закона о просвещении. Причем, при этом не учли мнение представителей национальных меньшинств, а мы собрали 60 тысяч подписей против ужесточения правил. Уточню, Мы не хотим измений, которые они предусматривают. Мы за то, чтобы всё оставалось на прежних позициях. То есть, литовский язык изучался как государственный, и наши дети его знали. Но это не их родной язык! И мыслить на нём они не будут! Зачем же насильственно менять закон и вводить экзамен как родного языка в школах нацменьшинств? У моих детей родной язык – польский. Литовский они выучат, государственный необходимо знать, но он никогда не заменит свой. Чужой язык и есть чужой.

Мы уже провели два митинга протеста. Но пока результата нет. Будем и дальше защищать свой язык.

–         Простите, а за кампанией в Латвии за признание русского язкыка вторым государственным, вы не следили?

–         С большим вниманием. Вы чуть опережаете нас, но мы учитываем ваши невольные, может, и объективные, промахи.  Рады, что вы собрали необходимое количество подписей за проведение референдума по внесению поправок в Конституцию.

У себя мы использовали все методы общественного диалога с властью. Но она нас не услышала

Знаете, прошедшие годы показали, что уровень образования в Литве резко упал. Знание литовского языка – не панацея на рынке конкурентоспособности. Знать его, конечно, надо, но свой язык просто необходимо, а ещё лучше и русский, и английский. В нынешнем мире это насущно. Тем более, в Евросоюзе.

В этом году решением Сеймв в школах национальных меньшинств были введены три предмета на государственном языке. Причём, подчеркну, литовский наши дети должны сдавать как родной язык, в обязательном порядке. Но, исходя из вашего опыта, мы поняли, что увязнет коготок, всей птичке пропасть. И польская община крайне негативно восприняла очередные шаги к ассимиляции. Мы подготовили и направили письма в Европарламент, в Европейский суд, в другие международные и европейские институции. Никогда не согласимся с тем, что литовский – это наш родной язык.

–         И что вам удалось?

–         С литовской стороны пока наши запросы игнорированы. Но мы продолжим борьбу за свои права. Ещё раз подчеркну, опыт русскоговорящего населения Латвии для нас стал хорошей школой. И по вашему примеру мы хотим выступить с инициативой о введении польского языка, как второго государственного или регионального.

–         Так может созрела идея о создании культурной автономии национальных меньшиств стран Балтии?

–         Об этом у нас давно говорят. И если нас поддержат ваши латгальцы, русскоговорящие жители Латвии, да ещё и в Эстонии, будем только за. Вместе мы отстоим свои права. Всё возможно, когда государство является демократическим.

–         А в чём вас упрекают?

–         Настаивала и настаиваю: что мы делаем не так? Согласились и придерживаемся статус-кво на момент восстановления независимости Литвы. Ничего дополнительного не требуем. Так оставьте это положение. Нет, нас начинают дальше ущемлять. Тут на нашем польском радио выступал министр просвещения нынешнего правительства, который заявил, что мы, дескать, не видим уступок, которые власти делают нам. Я, как ведущая программы, попросила его написать по пунктам, что же именно сделано. Конкретного ответа не последовало. А абстрактные высказывания юридической силы не имеют. Для меня, как юриста, важны законы, распоряжения правительства. Пока такого нет. Но мы стараемся информировать наше население о всех новшествах, помогать людям, в том числе и по больному в Литве вопросу о земельной собственности. А наше польское радио коммерческое и вещает 24 часа в сутки.  Замечу, что и польские печатные издания выходят за счёт предпринимателей. Государство нас не поддерживает. Хотя, надо отдать должное, при Советской власти у нас были свои детские сады, щколы, ПТУ, техникумы, высшие учебные заведения, СМИ. Вот вам и парадокс. При всех минусах СССР национальные меньшинства охранялись и развивались. А сейчас с каждым годом становится всё хуже. Так к какой демократии идём?

Что такое демократия? Это когда правит большинство при уважении прав меньшинства. В Литве это не срабатывает. Как и международные договоры и конвенции. К слову, когда проходил референдум на предмет вхождения в ЕС, были выпушены бюллетени на литовском, польском и русском языках. А сейчас на выборах в местные самоуправления и в Сейм они выходят только на литовском. Я сделала запрос. В ответ сообщили, что таково решение Конституционного суда.

–         Как и у нас в Латвии.

–         К сожалению, большинство документов имеет рекомендательный характер. Но если мы договариваемся, принимаем конвенции и ратифицируем их в Сейме, то они должны становиться обязательной интегральной частью нашей юриспруденции. Если мы вошли в Евросоюз, то должны соблюдать его правила. А если кому-то что-то не нравится, то, простите, мы забираем свои игрушки и идём в другую песочницу. Мы уже не раз столкнулись с двойными стандартами. Когда приезжают высокие чины из ЕС, наши власти демонстрируют им один пакет документов, по  которому всё отлично. А после их отъезда в стране действует совершенно другой. Получается, что наши власти переняли худшие правила советской системы. И это происходит в ХХI веке в Евросоюзе, в НАТО! Поэтому мы, родители, и объединились в отстаивании своих прав и наших детей.

–         Получилось, фактически, что создали штаб в зашиту польских школ?

–         Да. Но тем самым мы поможем и русским, и белорусской, и еврейской школам. В государстве, где каждый пятый житель не является литовцем, это крайне важно. И поэтому настаиваем и будем продолжать борьбу за то, чтобы Евросоюз и его институции поддержали нас и наши права. Да, мы не относимся к южным народам и не такие импульсивные, как они, но не надо нас доводить до ситуации как в Боснии и в Сербии! Я категорически против такого развития ситуации, но всякому терпению приходит конец. Лучше диалог, в котором каждая сторона будет слышать другую и, в итоге, найдено разумное решение.

 

Беседа завершена и хозяева любезно пригласили меня посетить ещё одно мероприятие – буквально через 10 минут внизу, в актовом зале Польского дома, открывался вечер, на котором  назывались лучшие польские школы и их преподаватели. От такого предложения было невозможно отказаться. Там побывал, о чём свидетельствуют и фотографии.

Оказалось, что данное мероприятие проходит каждый год с целью поощрить нелёгкий труд учителя. И в этот раз несколько десятков преподавателей стали лауреатами столь значимого конкурса.

 

Владимир ДУБРОВСКИЙ

 

Рига-Вильнюс-Рига

 

 

4 Comments

  1. […] Rozowa, która apelowała przed kilkoma laty do Putina o obronę Rosjan w krajach bałtyckich), nie brakuje też lokalnych polskich działaczy, którzy z nutką tęsknoty wspominają o ZSSR i nawołują do łączenia sił nie tylko z […]

  2. […] Владимир Дубровский. Поляки Литвы: а не пора ли объедин… […]

  3. […] Владимир Дубровский. Поляки Литвы: а не пора ли объединиться в борбе за свои права? http://www.baltexpert.com/2012/01/08/polak_lt/ […]

  4. […] kuri iš esmės būtų slaviškas darinys Baltijos valstybėse.  (žr. interviu su keliais LLRA veikėjais). Kaip čia neprisiminus LLRA ir „Rusų aljanso“ susivienijimo per 2012 m. rinkimus į Lietuvos […]