Тамара Кондратьева : Великобритания в ловушке мультикультурализма

Беспорядки в Лондоне и других английских городах (Ливерпуле, Манчестере, Бристоле) в августе 2011 года наглядно продемонстрировали несостоятельность политики по социокультурной интеграции иммигрантов, проводимой Великобританией на протяжении последних десятилетий. Удастся ли британским властям найти альтернативу не оправдавшему себя мультикультурному проекту?

Беспорядки в иммигрантских кварталах Лондона и ряда других английских городов (Ливерпуля, Манчестера, Бристоля) в августе 2011 г. наглядно продемонстрировали несостоятельность мультикультурной политики, проводимой Великобританией на протяжении последних десятилетий, и подтвердили правоту тех экспертов и политиков, которые предупреждали, что если британские власти не откажутся от приверженности идеологии мультикультурализма, Великобритания неизбежно столкнется с серьезными социальными потрясениями.

Концепция мультикультурализма, появившаяся впервые в Канаде в конце 1960-х годов, через два десятилетия получила широкое распространение и в Европе. В 1980-е годы принципымультикультурализма вошли в политическую практику большинства европейских стран. Отказ от использовавшейся здесь прежде (на протяжении ХIХ–ХХ вв.) ассимиляционной модели интеграции иммигрантов и переход к мультикультурной модели был обусловлен серьезными проблемами, с которыми столкнулись европейские страны. Многочисленные мигранты, в основном выходцы из стран Третьего мира, наводнившие Европу, не проявляли готовности ассимилироваться. Более того, они объединялись в различные этнические сообщества, что помогало им не только выживать в новых для них условиях, но и активно отстаивать свои права, в том числе и право на сохранение культуры, традиций и обычаев, существовавших на их родине. В этих условиях именно мультикультурализм стал рассматриваться политиками в качестве инструмента, способствующего взаимообогащению культур и построению гармоничного общества. В отличие от традиционной либеральной идеологии, он делает основной акцент на защите не индивидуальных прав граждан, а прав коллективных индивидов в лице различных этнических и конфессиональных общин.

Мультикультурная политика в той или иной форме («мягкой» или «жесткой») проводилась в жизнь почти во всех европейских странах на протяжении трех последних десятилетий.

Великобритания была одной из первых европейских стран, взявших на вооружение идеологию мультикультурализма. В отличие от Канады или Австралии, Великобритания никогда не провозглашала мультикультурализм официальной доктриной, определяющей политику государства в отношении этнических меньшинств. Тем не менее она очень активно воплощала идеологию мультикультурализма на практике [15]. Британская политика по интеграции инокультурных и иноконфессиональных иммигрантов в общество на протяжении длительного времени считалась настолько успешной, что на нее по существу ориентировались и другие страны Евросоюза.

Великобритания являет собой яркий пример воплощения в жизнь модели «жесткого» мультикультурализма: в стране была не только разработана и активно внедрялась широкая система мер по поддержке национальных меньшинств с целью сохранения ими самобытности, культуры, традиций и обычаев, но и принят целый ряд законов, направленных на недопущение любых форм дискриминации по национальному или расовому признакам. Толерантность по существу превратилась в догму, требовавшую от британцев неукоснительного соблюдения. 

Лейбористская партия и мультикультурная политика

Главным адептом мультикультурной идеологии в Великобритании является Лейбористская партия. На протяжении нескольких десятилетий она последовательно и весьма активно отстаивала мультикультурализм как главный принцип, на котором, по замыслу идеологов этой партии, должно основываться «постнациональное и постколониальное британское общество» [8, p. 181].

Как указывает известный исследователь, профессор теологии Королевского колледжа в Нью-Йорке Роберт Карл, мультикультурный проект, активно продвигавшийся Лейбористской партией Великобритании, исходит из следующих постулатов:

  • он отвергает западный универсализм как основу культурного доминирования Запада;
  • он предусматривает уравнивание в правах коренных граждан Великобритании и выходцев из бывших английских колоний;
  • предполагает отказ от политики гражданской и социальной интеграции иммигрантов и переход к политике, направленной на сохранение их расовой и этнической идентичности [там же].

По мнению многих экспертов, одной из причин активного продвижения лейбористами мультикультурализма в качестве главной модели интеграции иммигрантов в Великобритании, особенно в последние два десятилетия, является серьезная зависимость Лейбористской партии от голосов иммигрантов на местных и национальных выборах. в статье «Исламисты в «разноцветной» коалиции» Р. Карл отмечает, что «в 1980-е годы белый, организованный рабочий класс стал покидать Лейбористскую партию, и ее лидеры, стремясь заполнить образовавшуюся брешь, сделали ставку на «разноликую коалицию», состоящую из национальных (этнических) меньшинств, женщин и активистов движения за права геев» [там же].

Самой активной частью иммигрантского сообщества в Великобритании являются мусульмане, и именно на них в первую очередь делают ставку лейбористы. подавляющая часть проживающих в стране мусульман традиционно симпатизирует лейбористам, как правило, на выборах за них голосуют свыше 70% всех мусульман, имеющих право голоса [24]. Но в современной истории Великобритании были отмечены случаи, когда поддержка, оказываемая мусульманским сообществом Лейбористской партии, существенно превышала даже этот весьма весомый показатель. Наибольших успехов в этом отношении лейбористы достигли на парламентских выборах 1997 г., когда за них проголосовали свыше 90% избирателей-мусульман [8, p. 181].

В Великобритании проживает около 2,4 млн мусульман, их доля в общей численности населения сравнительно невелика (3%). Тем не менее поддержание хороших отношений с мусульманским сообществом и удержание в своей орбите избирателей-мусульман рассматривается Лейбористской партией как одна из приоритетных задач, поскольку большая часть мусульман сосредоточена в крупных городах, а жители мегаполисов составляют основную электоральную базу партии [21].

Однако после того, как Великобритания заявила о своей поддержке США, развязавших войну в Ираке и Афганистане, отношения между Лейбористской партией и мусульманами испортились. Опрос, проведенный в марте 2004 г., показал, что доверие мусульманского сообщества к Лейбористской партии резко снизилось: лишь 38% мусульман заявили, что они поддерживают лейбористов [13].

Симпатии мусульманских избирателей сместились от лейбористов к либерал-демократам. Если на парламентских выборах 2001 г. за кандидатов от Либерально-демократической партии намеревались голосовать только 10% мусульман, то в 2004 г. на выборах в Европарламент – уже 36% [12]. Начиная с 2003 г. резко увеличилось число мусульман, вступивших в ряды этой партии. Объясняется это в первую очередь тем, что либерал-демократы заняли активную позицию по вопросу о войне в Ираке и осудили ее.

С увеличением численности мусульманского населения борьба между партиями за голоса избирателей-мусульман усиливается. лидеры мусульманской общины прекрасно это понимают. Лорд Ахмед, первым из всех мусульман занявший кресло в верхней палате британского парламента, еще в 2005 г. заявил: «В настоящее время все политические партии Великобритании уже осознают, что голоса избирателей-мусульман являются весьма значимыми на выборах, по крайней мере на местных выборах в крупных городах» [4].

После террористической атаки на США 11 сентября 2001 г. и на Великобританию 7 июля 2005 г., когда отношение коренных британцев к мусульманам резко ухудшилось, часть лейбористов изменила свою позицию в отношении мультикультурализма и в этом вопросе стала сближаться с консерваторами, выступающими за ассимиляцию иммигрантов и призывающими к социальной сплоченности и укреплению национального единства. Но, несмотря на начавшееся брожение внутри Лейбористской партии, ее лидеры по-прежнему оставались твердыми приверженцами мультикультурной идеологии.

Спустя почти полтора годапосле теракта в Лондоне,8 декабря 2006 г., Тони Блэр выступил с лекцией перед журналистами в своей резиденции на Дауниг-Стрит, 10 [6]. Это была его пятая и последняя за время нахождения у власти встреча с представителями ведущих СМИ в рамках мероприятия, получившего название «Наше национальное будущее». Задача, по замыслу его организаторов, состояла в том, чтобы знакомить общественность с позицией правительства по самым острым долгосрочным проблемам, стоящим перед страной. На этот раз лекция была целиком посвящена мультикультурализму.

Выступлению Т. Блэра придавалось большое значение. Многие аналитики считали, что в свете серьезных террористических угроз, с которыми пришлось столкнуться Великобритании, премьер-министр объявит о коренном изменении подходов к проблеме интеграции иммигрантов (прежде всего, выходцев из мусульманских стран) в британское общество и о внесении существенных коррективов в мультикультурную политику. Ожидалось, что эта лекция станет своего рода программным документом, которым будет руководствоваться лейбористское правительство в ближайшие годы.

Однако ожидания экспертов и политиков из лагеря оппозиции на то, что Т. Блэр объявит о новых политических инициативах лейбористского правительства в ответ на усиливающуюся радикализацию мусульманского сообщества и переход экстремистов к активным действиям против государства, предоставившего им возможность не только проживать на его территории, но и наделившего их всеми гражданскими правами, не оправдались. Ничего нового Т. Блэр не сказал. Его речь, по существу, свелась к призыву к иммигрантам интегрироваться в британское общество и призыву ко всем – и коренным британцам, и чужестранцам – уважать религию и культуру друг друга и жить дружно. Т. Блэр недвусмысленно дал понять, что курс на создание мультикультурного общества, активно осуществлявшийся на протяжении всех лет правления лейбористов, останется неизменным.

О том, какие огромные усилия на протяжении многих лет предпринимались лейбористами для внедрения идеологии мультикультурализма в стране и расширения электоральной базы Лейбористской партии за счет иммигрантов, свидетельствует, в частности, сенсационное заявление Эндрю Низера, бывшего спичрайтера премьер-министра Т. Блэра и советника министров внутренних дел Джека Стро и Дэвида Бланкетта, сделанное в октябре 2009 г. Э. Низер утверждал, что массовый приток иммигрантов в страну после 2001 г. объяснялся не ошибками или просчетами лейбористского правительства, напротив, он был результатом его сознательной политики и рассматривался в качестве важного инструмента в борьбе с политическими противниками – консерваторами за голоса избирателей [11].

По словам Низера, беспрецедентное ослабление контроля за иммиграцией, предпринятое лейбористским правительством в 2000–2001 гг., происходило в соответствии с планом, призванным «открыть Великобританию для массовой иммиграции из стран Третьего мира и сделать ее по-настоящему мультикультурной» [17]. Этот план осуществлялся в тайне от общества. Члены кабинета министров старались публично не обсуждать этот вопрос, так как опасались, что если правительственный план станет известен общественности, это вызовет негативную реакцию со стороны британских трудящихся, лишающихся рабочих мест из-за наплыва иммигрантов, и в результате лейбористы на следующих выборах могут потерять голоса своих главных избирателей [26].

По мнению Низера, именножелание лейбористского правительства скрыть от общества информацию об истинном положении дел в сфере иммиграции способствовало появлению тех сложных проблем, с которыми Великобритания сталкивается в последнее время. «Если бы правительство проявило готовность пойти на открытые дебаты по вопросу об иммиграции, Британская национальная партия (БНП) не смогла бы столь серьезно упрочить свои позиции. Но правительство не желало вступать в дискуссию по иммиграции, – сказал он. – Это было не очень честное правительство. Люди, входившие в него, знали, что иммиграция была горячей темой, и не хотели вступать в драку, чтобы отстаивать свою позицию» [25].

Заявление Низера привело к серьезному скандалу и имело большой резонанс в британском обществе. Газета «The Daily Telegraph» писала в этой связи: «Откровения Э. Низера свидетельствуют о том, что правительство втайне от всех использовало массовую иммиграцию для достижения своих циничных политических целей. Э. Низер фактически говорит нам, что огромный рост численности иммигрантов, наблюдавшийся в последнее десятилетие, в значительной мере объясняется политически мотивированной попыткой лейбористского правительства радикально изменить страну и «утереть нос» правым политическим силам в таком очень важном вопросе, как вопрос о разнообразии британского общества». Именно поэтому при обсуждении проблем, связанных с иммиграцией, члены кабинета старались говорить лишь об экономической выгоде иммиграции и о том, что британская экономика нуждается во все возрастающем числе мигрантов» [26].

Попытки лейбористского правительства опровергнуть сам факт существования «секретного плана» не увенчались успехом, поскольку оно не смогло привести в подтверждение своей правоты ни одного сколько-нибудь убедительного аргумента и отделывалось общими, ничего не значащими фразами.

Эндрю Грин, глава известного исследовательского центра по вопросам миграции «Migrationwatch», комментируя заявление Низера, подчеркнул: «Теперь по крайней мере правда вышла наружу, и эта правда – взрывоопасная… Многие в Великобритании подозревали, что массовая иммиграция в период правления лейбористов была не только губительной для страны, но еще и глубоко законспирированной, и они были правы. Правительство, руководствуясь циничными политическими мотивами, разрешило трем миллионам мигрантов въехать в страну, но при этом старательно камуфлировало свои истинные цели экономической необходимостью» [там же].

На разгоревшийся скандал не мог не отреагировать и парламент.Крис Грейлинг, министр внутренних дел теневого правительства консерваторов, выступая в Палате общин, отметил, что скандал, развернувшийся в связи с признанием Э. Низера, безусловно, самый крупный из всех, что имели место в Великобритании за последние годы, и подчеркнул: «лейбористам должно быть стыдно за то, что при проведении иммиграционной политики они руководствуются узкопартийными интересами» [17].Министр по вопросам иммиграции теневого кабинета Дамиан Грин потребовал проведения парламентского расследования, но Лейбористской партии, находившейся в тот период у власти, удалось его заблокировать. 

Итоги мультикультурной политики лейбористского правительства: первые признаки кризиса

Тема несостоятельности мультикультурной политики в Великобритании далеко не нова. О ней говорят уже по крайней мере на протяжении последнего десятилетия. Первые заявления на этот счет появились еще в мае 2001 г., когда в г. Олдем (пригороде Манчестера, где иммигранты составляют значительную часть населения) произошли серьезные беспорядки на этнической почве. Это далеко не первые в новейшей истории Великобритании этнические столкновения, но они были самыми крупными за предшествующее десятилетие.

Обострение ситуации в Олдеме началось после того, как местная молодежь азиатского происхождения попыталась установить зоны, закрытые для белых британцев. По мнению живущих в городе выходцев из Пакистана и Бангладеш, полиция не приняла достаточных мер против экстремистских группировок типа «Национального Фронта», члены которых организовали нападения на их общины, что и привело к массовым беспорядкам. События в Олдеме совпали с проходившей в это время кампанией по выборам в британский парламент, в ходе которой кандидаты от Консервативной партии весьма активно разыгрывали антииммигрантскую карту, и потому они имели большой резонанс в британском обществе.

Для расследования произошедших этнических столкновений лейбористское правительство учредило специальную комиссию, перед которой была поставлена задача не только выяснить их причины, но и разработать комплекс мер с целью недопущения их повторений в будущем.

В декабре 2001 г. правительству был представлен доклад «Социальная сплоченность общин», подготовленный независимой группой экспертов, которую возглавлял Тед Кантл, один из руководителей Агентства по совершенствованию и развитию местного самоуправления. В британской прессе документ получил название «Доклад Кантла» [10]. Эксперты посетили ряд городов, в которых имели место столкновения между коренными британцами и иммигрантами-мусульманами: Олдем, Бернли, Брэдфорд, Саутхолл, Бирмингем, Лестер и Шеффилд. Они пришли к выводу, что ситуация во всех этих городах схожая: иммигрантские общины сосредоточены в определенных городских кварталах, где, как правило, невозможно обнаружить коренных британцев. Иммигранты не интегрированы в британское общество, не связаны с коренными британцами ни в жилищной, ни в медицинской, ни в культурной, ни в образовательной сферах и живут отдельно своей, «параллельной» жизнью [10, р.10].

«Неудивительно поэтому, что, поскольку коренные британцы и иммигрантские общины в повседневной жизни не соприкасаются и ничего не знают друг о друге, это порождает у них взаимный страх, и этот страх ощущается особенно сильно в тех городах, где экстремистские группы развернули активную деятельность с целью подорвать гармонию в отношениях между британцами и иммигрантами и усилить раскол между ними, – отмечали авторы доклада. – При этом ни со стороны общин, ни со стороны политических партий и общественных организаций практически не предпринимаются попытки наладить диалог между общинами с целью четкого определения тех ценностей, которые должны лежать в основе представления о том, что значит быть гражданином современной мультирасовой Великобритании. Все это ведет к тому, что одни жители этих городов оглядываются назад, в безмятежное прошлое, и живут в соответствии с прежними представлениями о Британии как монокультурном обществе, другие же в поисках идентичности обращаются к стране своего происхождения» [там же].

Реакцию кабинета министров на доклад Кантла озвучил министр внутренних дел Д. Бланкет, который сообщил, что правительство намерено ввести процедуру принесения иммигрантами «клятвы верности британскому государству», а также проводить тесты на знание ими английского языка. Власти объяснили это тем, что они придают большое значение сохранению в британском обществе «культурных различий» и «морального релятивизма» [16]. Это заявление было расценено некоторыми обозревателями как пример, подтверждающий стремление лейбористского правительства во что бы то ни стало «сохранить политкорректность» [16].

Доклад вызвал большой резонанс в британском обществе, его широко обсуждали в прессе. Что касается мер, о принятии которых заявило правительство, следует отметить, что британская пресса в целом сочла их неадекватными и неэффективными. Особенно острую критику вызвало решение властей о проведении тестов на знание иммигрантами английского языка. Многие издания подчеркивали, что в данном случае эта мера вообще не может рассматриваться серьезно, поскольку большинство участников погромов в североанглийских городах составляли иммигранты второго и третьего поколения, родившиеся и выросшие в Великобритании.

Комментируя доклад Кантла, обозреватель Би-Би-Си Ричард Найт писал: «Погромы в Брэдфорде, Олдеме и Бернли оставили целые кварталы в осколках стекла и щебне, были сожжены машины и здания, несколько полицейских были ранены. Непосредственной причиной стали столкновения между противоборствующими группировками белых националистов и их противниками – азиатами. Но после того как пожары были потушены, а хулиганы отправились по домам, стало ясно, что «в осколках оказалось представление о единой многоэтничной Великобритании». Р.Найт считает, что доклад Кантла «убедительно свидетельствует о том, что идеалы расовой гармонии, к которым взывали одно за другим правительства на протяжении последних 30 лет, по-прежнему остаются недостижимыми» [2]. Ознакомившись с докладом Кантла, многие исследователи пришли к выводу, что «политика мультикультурализма, проводившаяся в стране на протяжении предшествующих двух десятилетий, уже не работает» [16].

Террористическая атака на Нью-Йорк 11 сентября 2001 г., произошедшая спустя три месяца после беспорядков в Олдеме, привела к еще большему обострению отношений между коренными британцами и мусульманами, которые и без того были напряженными. Некоторые эксперты расслышали в этом теракте «похоронный звон по мультикультурализму» [16].

В апреле 2004 г. С сенсационным заявлением о провале мультикультурализма выступил глава Комиссии по расовому равенству Тревор Филлипс – мусульманин, член Лейбористской партии. В интервью газете «The Times» он призвал правительство «отказаться от политики, проводимой британскими властями на протяжении последних 40 лет и направленной на построение мультикультурного общества» [5].

Т.Филлипс считает, что мультикультурализм, один из основополагающих принципов, на которых строится деятельность возглавляемой им организации, устарел. «Мультикультурализм больше не приносит пользы британскому обществу, поскольку, помимо всего прочего, он способствует “разделенности” между общинами». «Мир, в котором мы живем, отличается от того, каким он был в 1960-е и 1970-е годы, и мультикультурализм уже не соответствует потребностям нынешнего времени», – заявил Т. Филлипс [5].

По мнению Т. Филлипса, в условиях, когда напряженность в отношениях между мусульманами и коренными британцами усиливается, правительству следует отказаться от мультикультурной политики и заменить ее политикой, направленной на создание стимулов к интеграции иммигрантов в общество и на «укрепление британской идентичности». «Мы должны думать о том, как нам создать единое общество, в котором все люди равны перед законом и разделяют одни и те же ценности», – подчеркнул он [5].

Значимость заявления Т. Филлипса, главы ведомства, которое на протяжении всех лет своего существования (с 1976 г.) внедряло в сознание коренных британцев идею о недопустимости «нетолерантного» отношения к этническим меньшинствам, трудно переоценить. Комиссия по расовому равенству решительно пресекала любые проявления недовольства британцев массовым наплывом иммигрантов в страну, и обвиняла их в расовой нетерпимости, но в то же время никак не реагировала на угрозы, раздававшиеся в адрес коренных жителей Великобритании со стороны радикально настроенных мусульман.

Однако этот призыв не нашел отклика у лейбористского правительства. Более того, многие члены Лейбористской партии осудили Т.Филлипса за его позицию по мультикультурализму, а видный лейбористский политик Кен Ливингстон, занимавший в тот период пост мэра Лондона, даже обвинил его в «пособничестве националистам» [19]. 

Консервативная партия и мультикультурализм

Террористическая атака на Лондон в 2005 г. серьезно повлияла на отношение британцев к мультикультурализму. Как подчеркивал журнал «The Economist», после этих трагических событий слово «мультикультурализм» прочно вошло в британский политический лексикон, но при этом оно приобрело негативный оттенок. Применительно к британским политикам определение «мультикультуралист» стало таким же ругательным, как «социалист» или «неоконсерватор». «Несмотря на то, что между ведущими политическими партиями по-прежнему сохраняются серьезные разногласия по многим вопросам, их отношение к мультикультурализму вдруг стало абсолютно одинаковым, все они начали рассматривать его как наивную, но пагубную для страны идею и выражать твердую убежденность в том, что время этой идеи прошло и она больше никогда не должна возродиться» [14].

Особенно резкие нападки на мультикультурализм раздавались из лагеря консерваторов, никогда не разделявших эту идеологию и всегда настаивавших на использовании в Великобритании ассимиляционной модели интеграции иммигрантов. Выступая в качестве лидера Консервативной партии на слушаниях в Комиссии по равенству и правам человека в феврале 2008 г., Д. Кэмерон пытался обратить внимание на опасность, которую таит в себе проводимая в стране мультикультурная политика.

Как писала газета «The Daily Mail», «Дэвид Кэмерон со всей страстью обрушился на “разрушительную”, по его мнению, доктрину мультикультурализма». «Мультикультурализм как идеология, утверждающая, что различия в культурах столь ценны, что для их сохранения следует позволить носителям этих культур жить отдельно от остального общества, очень опасен для страны, поскольку он размывает идентичность британцев и ведет к культурному апартеиду», – утверждал Д. Кэмерон. Он заявил, что «мультикультурализм – это ошибочная доктрина», и предупредил, что дальнейшее следование по этому пути «будет иметь для страны самые пагубные последствия» [23]. Д. Кэмерон выразил недоумение по поводу того, что различные организации, деятельность которых имеет явно выраженный сепаратистский и экстремистский характер, получают финансовую поддержку от государства, и подчеркнул, что «в Великобритании все старательно замалчивают проблему религиозного экстремизма из-за опасений быть обвиненными в нападках на этнические меньшинства» [там же].

«Слишком долго мы закрывали глаза на то, что экстремистские элементы в нашей стране усиливают свою деятельность, при этом мы объясняли это тем, что проблема, связанная с различиями в культуре, является слишком болезненной, – сказал Д. Кэмерон. – Слишком долго мы прислушивались к голосам отдельных общин и при этом не обращали внимание на голос большинства» [7]. Он заявил о недопустимости существования в Великобритании таких обычаев, как, например, насильственная выдача молодых девушек замуж, и обратил внимание на то, что «министры, учителя, социальные работники и полицейские, вместо того, чтобы принимать меры по искоренению подобных традиций и обычаев, лишь пожимают плечами и повторяют одну и ту же фразу: «Это их культура, не так ли? Давайте позволим им делать то, что они хотят»[23].

Рассуждая об угрозе все более широкого распространения в Великобритании шариата и о возможности его легализации, Д. Кэмерон подчеркнул, что «признание законности применения шариата для мусульман по существу явится конечным результатом осуществления полностью дискредитировавшей себя доктрины мультикультурализма. Институциализация шариата фактически будет означать, что реально существующий в настоящее время во многих частях страны культурный апартеид превратится в легализованный апартеид» [23].

Д. Кэмерон выступил с жестким требованием к иммигрантам, и в первую очередь к мусульманам, соблюдать британские законы и заявил, что «Великобритания должна превратиться в “неуютное место” для всех выходцев из других стран, отказывающихся интегрироваться в британское общество» [7].

Несмотря на то, что на протяжении многих лет лидер Консервативной партии стремился обратить внимание британского общества на пагубность проводимой в стране мультикультурной политики, его речи не становились сенсацией и не находили широкого отклика в британской прессе. Но выступление Д. Кэмерона 5 февраля 2011 г. (уже в качестве премьер-министра) на международной конференции по безопасности в Мюнхене, где он заявил о провале мультикультурализма в Великобритании, произвело эффект разорвавшейся бомбы.

Необходимо отметить, что Д. Кэмерон был далеко не первым европейским лидером, объявившим о несостоятельности доктрины мультикультурализма. В октябре 2010 г. подобное признание было сделано канцлером Германии А. Меркель, а несколько позже – президентом Франции Н. Саркози. Но следует учитывать, что в Германии отношение к мультикультурализму всегда было далеко не однозначным, а Франция вообще отвергала эту идеологию и пыталась решить проблему интеграции иммигрантов путем их ассимиляции, а не путем насаждения «культурного равенства». Так как именно Великобритания считалась оплотом мультикультурализма, заявление Д. Кэмерона было расценено некоторыми аналитиками вообще как свидетельство краха мультикультурного проекта, упорно навязывавшегося европейским странам в последние годы.

Поскольку Д. Кэмерон выступал на конференции по безопасности, он должен был, прежде всего, обозначить те угрозы, с которыми Великобритания сталкивается в последние годы. Самой большой из них, по мнению премьер-министра, являются террористические атаки на страну, которые осуществляют «собственные граждане Великобритании» [22]. Хотя Д. Кэмерон сказал, что терроризм не связан исключительно с какой-либо одной религией или этнической группой, тем не менее он отметил, что «в Европе эта угроза исходит главным образом от молодых людей, которые руководствуются абсолютно неправильным, искаженным толкованием ислама, и потому готовы взорвать себя и убить своих сограждан» [там же].

Подчеркнув, что ни в одной из европейских стран власти не смогут победить терроризм исключительно с помощью мер, предпринимаемых ими за пределами собственных национальных границ, Д. Кэмерон призвал Европу «пробудиться» и увидеть, что же здесь происходит. «Мы должны ясно понимать, что корни проблемы терроризма кроются в идеологии, в исламском экстремизме, – заявил Д. Кэмерон. – В Великобритании, также как и в других европейских странах, определенная часть молодых людей идентифицирует себя с традиционным исламом; они сохраняют верность обычаям и традициям, сохранившимся на родине их родителей. Они не идентифицируют себя с Великобританией, и потому в поисках своей идентичности некоторые молодые мусульмане становятся приверженцами экстремистских идеологий» [там же]. Причину этого, по мнению Д. Кэмерона, следует искать в мультикультурной политике страны, приведшей к ослаблению коллективной британской идентичности. «Руководствуясь доктриной мультикультурализма, мы поощряли представителей различных культур жить обособленно, в отрыве друг от друга и от британского общества в целом. Более того, мы позволяли этим обособленным сообществам демонстрировать поведение, которое прямо противоречит нашим ценностям», – сказал премьер-министр [там же].

«Если мы хотим победить терроризм, нам пора перевернуть страницу провальной политики и отказаться от государственного мультикультурализма, – заявил Д. Кэмерон. – Пришло время сменить принцип пассивной терпимости на гораздо более активный, энергичный либерализм и дать понять всем, что британское общество строится на определенных базовых ценностях. Свобода слова, свобода вероисповедания, демократия, главенство закона, равные права для всех, независимо от пола, расовой принадлежности или сексуальной ориентации, – вот что определяет наше общество… Пассивное толерантное общество не вмешивается в дела других, а по-настоящему либеральное общество верит в свои ценности и активно их отстаивает. Мы должны дать понять нашим гражданам, что если они хотят быть частью общества, они обязаны разделять эти ценности» [22].

Выступление Д. Кэмерона, несомненно, следует рассматривать как историческую веху, как поворотный пункт во взаимоотношениях между мусульманами и британским обществом. Консервативная партия уловила изменения в настроениях коренных британцев по отношению к иммигрантам, и, прежде всего, к мусульманам, и решила, что позицию, которую она занимает в вопросе о мультикультурализме, уже можно озвучить и на международном уровне.

Речь Д. Кэмерона, как и ожидалось, была неоднозначно воспринята британским обществом. У сторонников Консервативной партии она встретила понимание и поддержку. Лейбористов выступление Д. Кэмерона, похоже, застало врасплох, поэтому комментарии ведущих деятелей партии были весьма скудными. Новый лидер Лейбористской партии Эд Милибэнд, ограничился заявлением о том, что он не сомневается в добрых намерениях, которыми руководствовался премьер-министр, выступая с такой речью. Однако при этом счел необходимым напомнить Д. Кэмерону, что «когда политический лидер затрагивает столь сложные проблемы, он должен подбирать слова очень тщательно» [9].

В непростом положении оказалось руководство Либерально-демократической партии. Как известно, мультикультурализм – один из главных постулатов, на которых строится политика этой партии в отношении иммигрантов. Вопрос об иммиграции, и, прежде всего о мультикультурной политике, является камнем преткновения в отношениях двух политических партий, сформировавших нынешнее коалиционное правительство, – Консервативной и Либерально-демократической. Именно поэтому на протяжении всего времени существования коалиционного правительства лидер либерал-демократов вице-премьер Ник Клегг старался не акцентировать внимание на этих расхождениях. Но своей речью в Мюнхене Д. Кэмерон вольно или невольно нанес ощутимый удар по имиджу руководства Либерально-демократической партии в глазах ее сторонников, которые отнюдь не разделяют идеи, выдвинутые премьер-министром. Этим обстоятельством, судя по всему, и объясняется длительное молчание Н. Клегга и отсутствие с его стороны каких-либо комментариев на заявление Д. Кэмерона о несостоятельности мультикультурализма в Великобритании.

Лишь спустя месяц, 3 марта 2011 г. Н. Клегг впервые затронул этот вопрос. В своем выступлении в г. Лутон, текст которого, по признанию самого Клегга, он был вынужден согласовывать с премьер-министром, лидер либерал-демократов попытался совместить несовместимое. «Премьер-министр был абсолютно прав, когда он заявил, что мы нуждаемся в «энергичном либерализме». Он был абсолютно прав и в том, что мы обязаны защищать наши либеральные ценности… Энергичный либерализм – это лучший инструмент в деле искоренения причин экстремизма», – заявил он. Но при этом Н. Клегг подчеркнул, что, по его мнению, «мультикультурная политика необходима, ибо только при условии ее проведения общество может быть открытым и уверенным в себе» [20].

Н. Клегг отметил, что между ним и Д. Кэмероном, как лидерами двух различных партий, нет полного единства в понимании некоторых проблем и что они подходят к их решению с разных позиций. «Мы понимаем мультикультурализм как процесс, способствующий появлению у людей взаимопонимания и уважения друг к другу, а не возникновению барьеров между ними. Мы совершенно согласны с тем, что если мультикультурализм ведет к параллельному существованию общин, если между общинами отсутствуют какие-либо связи и если у них нет единого чувства принадлежности к британской нации, то мы выступаем решительно против такого мультикультурализма. Такой мультикультурализм для нас абсолютно, абсолютно неприемлем» [20].

Ведущие британские издания бурно обсуждали выступление премьер-министра. Оценки этого выступления в СМИ были далеко неоднозначными. Пресса, по существу, разделилась на два противоположных лагеря. Газеты, близкие к консерваторам, признали речь Д. Кэмерона сверхактуальной и значимой и подчеркивали, что заслуга премьер-министра состоит в том, что он наконец-то открыто и четко заявил о проблеме, которая так тревожит рядовых британцев. Близкие к лейбористам СМИ, напротив, обвинили премьер-министра в ненависти к мусульманам, разжигании межнациональной розни и потакании крайне правым и националистическим организациям.

Консервативная газета «The Times» выступила в поддержку идей, изложенных Д. Кэмероном в его речи. «Политика мультикультурализма привела к тому, что меньшинства обособились и оказались брошены на произвол судьбы, – подчеркивала газета в редакционной статье. – Кэмерон прав, говоря о необходимости перехода к «энергичному либерализму» и активному внедрению ценностей, которые обязаны разделять все британцы» [1].

«Толерантность, демократия, умеренность и честные правила игры – именно на этих ценностях воспитывались поколения британцев, и именно на них должна быть основана политика Соединенного Королевства. И политика мультикультурализма – то есть уверенность в том, что любые общины наделены правом придерживаться своих культурных традиций и своей системы ценностей, и что эта свобода послужит лишь на благо страны – изначально была основана как раз на толерантности и честных правилах игры. Однако, к сожалению, эта политика провалилась, – констатировала «The Times». – Ожидалось, что этнические меньшинства обогатят культуру нашей страны, но, вопреки этим ожиданиям, они отгородились от коренного населения, а национальные общины превратились в гетто – как физически, так и психологически» [1].

«Вместо толерантности, произрастающей из взаимоуважения, политика мультикультурализма привела к отчуждению. Некоторые меньшинства, которым созданы все условия для интеграции, не чувствуют и даже не желают чувствовать себя частью британского общества. Теперь стало окончательно ясно, что одной толерантности недостаточно, – подчеркивала газета. – Плодами такой сверхтерпимости пользуются экстремисты, и именно в ней берут свои корни взрывы 7 июля 2005 г. в Лондоне, “священные джихады” и культ террориста-мученика». По мнению «The Times», речь Д. Кэмерона «знаменует собой новый подход к мусульманским организациям, на которые до сих пор льется денежный дождь» [3]. 

Британское общество и мультикультурализм

Итак, как уже отмечалось выше, в последние годы, и особенно после теракта в Лондоне в июле 2005 г. и нескольких неудавшихся попыток мусульманских экстремистов устроить повторную террористическую атаку на Великобританию, отношение коренных британцев к иммигрантам и к мультикультурализму резко изменилось. Свойственная британцам толерантность все больше уступает место ксенофобии и неприятию чужаков. Британцы чувствуют себя незащищенными, и эта незащищенность порождает в обществе тревогу и чувство страха.

Практически в те же дни, когда в Мюнхене проходила конференция по безопасности, в Великобритании был опубликован доклад «Страх и надежда. Новая политика идентичности» [18], в котором представлены результаты социологического исследования, проведенного организацией Searchlight Educational Trust и посвященного проблеме национализма и экстремизма, одной из самых актуальных на сегодняшний день проблем, стоящих не только перед Великобританией, но и перед многими странами Европы. Авторы доклада пришли к выводу, что в связи со все более явственно проявляющимся разделением британского общества, вызванным неготовностью иммигрантов интегрироваться, проблема иммиграции в Великобритании в последнее время приобретает политический характер. При этом идентификация личности на основе этнических, культурных или конфессиональных признаков становится главным фактором, объединяющим людей. Принцип деления общества на классы уже не играет такой роли в политической жизни страны и не определяет политические предпочтения избирателей, как это было ранее, его место занял принцип идентичности [18].

Это – относительно новое явление в социальной и политической жизни Великобритании, и оно неизбежно влечет за собой обострение межэтнических и межконфессиональных отношений. Именно в этом авторы доклада видят причину все возрастающего влияния в британском обществе крайне правых и националистических партий – таких как Британская национальная партия, Партия за независимость Великобритании и появившаяся относительно недавно Лига английской обороны [18].

Авторы считают, что традиционные политические партии Великобритании еще не осознали важность этого нового явления в жизни страны и не учитывают его при разработке своей стратегии и тактики, в то время как крайне правые и националистические партии используют усиливающееся недовольство коренных жителей «засильем» иммигрантов и непрерывно расширяют ряды своих сторонников. И в этом, по мнению авторов, таится большая опасность для будущего страны.

Исследователи выделили шесть групп населения в зависимости от их отношения к мультикультурализму и к иммигрантам:

1. Убежденные мультикультуралисты (8% населения). В эту группу входят в основном люди с высшим образованием или имеющие ученую степень – высококлассные специалисты и менеджеры. По своим политическим взглядам они близки к таким партиям, как Лейбористская, Либерально-демократическая и Партия зеленых. Эти люди успешны, довольны своей жизнью, уверены в своем будущем и будущем страны и считают, что Великобритания выиграла от иммиграции.

2. Типичные либералы (16%). Они оптимистичны, целеустремленны, как правило, имеют высшее образование. От первой группы их отличает только одно: они относятся к мультикультурализму не с таким энтузиазмом.

3. Граждане, озабоченные сохранением своей идентичности (28%). Это люди финансово менее обеспеченные, чем те, что входят в первые две группы, они не имеют собственного жилья, живут в социальных домах и смотрят на свое будущее не столь оптимистично. Подавляющая часть их занимается физическим трудом. Они воспринимают иммиграцию сквозь призму воздействия ее на экономическое и социальное положение своих общин. Большую часть этой группы составляют мусульмане и представители других этнических меньшинств; в политическом плане они идентифицируют себя с Лейбористской партией.

4.Культурные интеграционисты(24% населения). Эту группу составляют наиболее процветающие и состоятельные люди, это – высококлассные специалисты и менеджеры. Они старше представителей других групп. Эти люди склонны рассматривать иммиграцию скорее как культурную проблему, они более других обеспокоены влиянием иммигрантов на британскую идентичность и их неспособностью интегрироваться в общество. Группа составляет самый большой сегмент среди тех, кто идентифицирует себя с Консервативной партией.

5. Граждане, испытывающие скрытую враждебность по отношению к иммигрантам (10%). В эту группу входят люди, как правило, немолодые, не имеющие университетского образования, чаще всего это представители рабочего класса. Собственное будущее представляется им неясным, на будущее Британии они смотрят с пессимизмом. Они считают, что иммиграция подрывает британскую культуру, негативно воздействует на сферу социальных услуг и на их собственные экономические перспективы, и готовы поддержать те политические силы, которые выступают за сохранение их идентичности и образа жизни.

6. Люди, проявляющие открытую враждебность по отношению к иммигрантам (13%). Большинство этой группы составляют неквалифицированные работники и безработные. Эти люди, как правило, не принимают участия в политической жизни страны. Они в большей мере, чем представители других групп проявляют враждебность по отношению к иммигрантам и крайне негативно относятся к иммиграции вообще и ко всем отличающимся от них этническим или религиозным сообществам. Многие из них считают, что насилие вполне допустимо, если оно используется для утверждения своей «правоты».

Авторы доклада подчеркивают, что хотя социальный статус британцев в значительной мере влияет на то, в какую именно из перечисленных групп они входят, он не является единственным и определяющим фактором. Очень важную роль играет их политическая ориентация.

Подавляющее большинство граждан Великобритании, разделяющих идеологию Консервативной партии, озабочены, прежде всего, сохранением британской культуры (42%), а среди тех, кто разделяет идеологиюЛейбористской партии, 37% считают важнейшей задачей сохранение своей идентичности.

Терпимость к иммигрантам в наибольшей степени свойственна сочувствующим Либерально-демократической партии и Партии зеленых – лишь 8 и 12% из них признают, что они не любят иммигрантов и не принимают их. Из числа сторонников Консервативной партии испытывают скрытую или явную вражду по отношению к иммигрантам 24%. Как ни странно, среди тех, кто сочувствует Лейбористской партии, доля лиц, настроенных враждебно по отношению к иммигрантам, довольно высока (18%), при этом каждый десятый сторонник лейбористов признается в своей агрессивной вражде по отношению к чужестранцам.

Крайне враждебно к иммигрантам относятся сторонники националистических партий – Партии за независимость Великобритании и Британской национальной партии. 29% из них проявляют скрытую враждебность по отношению к «непрошенным иностранцам», а 56% открыто заявляют о своей ненависти к ним.

Доля «твердых» приверженцев мультикультурализма во всех группах невелика. Меньше всего их насчитывается среди сторонников Партии за независимость Великобритании (3%) и консерваторов (5%), больше всего – среди «Зеленых» (18%) и либеральных демократов (14%). Удивительно, но по численности «твердых мультикультуралистов» Лейбористская партия уступает не только либерал-демократам, но и «Зеленым»; сторонники мультикультурализма в Лейбористской партии, считающейся главным адептом мультикультурной идеологии, не превышают 12% от числа опрошенных. В общей сложности лишь 24% населения страны выступает в защиту мультикультурализма, из них 8% приходится на долю «твердых» приверженцев мультикультурализма и 16% – на долю «классических либералов» [18]. Эти цифры красноречиво свидетельствуют о том, что времена, когда мультикультурализм считался единственно возможным вариантом «включения» иммигрантов в британское общество, остались в прошлом.

Авторы исследования отмечают, что в настоящее время в Великобритании иммиграция воспринимается как одна из самых значимых проблем, в общественном сознании она прочно занимает второе место после экономики. Социологические опросы свидетельствуют, что отношение британцев к иммиграции в последние годы претерпело серьезные изменения. Еще в мае 1997 г., когда лейбористы только пришли к власти, лишь 5% граждан Великобритании считали иммиграцию важнейшей (или одной из важнейших) проблем, стоящих перед страной. В 2006 г. такую позицию разделяли уже 40% британцев, и это неудивительно, поскольку именно за годы пребывания Лейбористской партии у власти масштабы иммиграции в страну существенно возросли [18].

Иммиграция превратилась в политическую проблему, она во многом определяет предпочтения избирателей во время выборов. Наибольшие потери в этой связи несет Лейбористская партия, поскольку среди ее сторонников за последние годы резко возросло число тех, кто не доволен позицией лейбористов по вопросам иммиграции. Изменение своей позиции эти люди объясняют тем, что Лейбористская партия, по их мнению, «защищает интересы иммигрантов, а не коренных британцев» [18].

Исследователей интересовал вопрос: в какой степени все более возрастающее неприятие иммиграции со стороны коренных британцев влияет на межэтнические отношения в британском обществе? Данные, полученные ими в результате опросов населения, свидетельствуют, что самыми большими оптимистами в том, что касается межэтнических отношений, являются «убежденные мультикультуралисты». Подавляющее большинство из них (79%) считает, что эти отношения складываются нормально. «Типичные либералы» не столь категоричны в своей оценке, 41% участников этой группы полагают, что эти отношения ухудшаются. Что касается двух крайних групп – «испытывающих скрытую враждебность» и «проявляющих открытую враждебность по отношению к иммигрантам» – здесь ситуация совершенно иная; почти 100% из них убеждены, что напряженность в отношениях между этническими группами непрерывно возрастает.

Доклад показывает, что в настоящее время британцы воспринимают иммигрантов иначе, чем еще несколько лет назад. Подавляющая часть британцев (60%) не видит пользы в иммиграции, каждый четвертый коренной житель Великобритании испытывает вражду к приезжим, а более 2/3 населения убеждены, что межэтническая напряженность в стране усиливается.

Толерантность, которой так гордились британские политики, и которая является непременным условием проведения мультикультурной политики, уходит в прошлое, а на смену ей приходит нетерпимость к иной культуре, иному вероисповеданию и иному образу жизни. Как отмечают авторы доклада, тот факт, что лишь 8% населения страны заявляет о своей «твердой» приверженности мультикультурализму, однозначно свидетельствует, что применявшаяся на протяжении трех десятилетий модель государственной политики в отношении этнических и религиозных меньшинств больше не работает. Сохранение ее в нынешнем виде таит большую опасность для британского общества, поскольку и без того напряженные отношения между коренными британцами и иммигрантами, в первую очередь – мусульманами, будут все чаще проявляться в форме ожесточенных межэтнических конфликтов.

Итак, можно с полным основанием утверждать, что эпоха мультикультурализма в том виде, в котором он существовал на протяжении последних десятилетий, заканчивается. Издержки мультикультурной политики оказались слишком большими, и это становится все более очевидным. Именно поэтому экспертное сообщество в европейских странах в настоящее время активно занимается разработкой новых моделей интеграции иммигрантов, позволяющих обеспечить более успешное включение их в принимающее общество. Удастся ли исследователям найти альтернативу не оправдавшему себя мультикультурному проекту? От ответа на этот вопрос, как нам представляется, во многом будет зависеть стабильность и благополучие европейских государств не только в краткосрочной, но и в долгосрочной перспективе. 

Примечания:

[1] «Агрессивный либерализм» по-английски // http://www.bbc.co.uk/russian/uk/2011/02/110207_brit_press.shtml

 

[2] Найт Р. Параллельные нации // http://news.bbc.co.uk/hi/russian/uk/newsid_1704000/1704695.stm

 

 

[3] Пресса Британии: либерализм вместо мультикультурности http://www.bbc.co.uk/russian/uk/2011/02/110205_bress.shtml#1

 

 

[4] Alvarez L. Rejecting militancy, moderate Muslims in Britain are finding their voices http://www.nytimes.com/2005/03/06/world/europe/06ihtbritain.html?_r=1

 

[5] Baldwin T., Rozenberg G. Britain “must scrap multiculturalism” http://www.timesonline.co.uk/tol/news/uk/article1055221.ece

 

[6] Blair T. Our nations futufe: Multiculturalism a. integration. Speech given at 10 Downing Street. 8 dec. 2006 // http://www.number10.gov.uk/output/Page10563.asp

 

[7] Cameron speaks out against the dangers of multiculturalism // http://www.secularism.org.uk/cameronspeaksoutagainstthedanger.html

 

[8] Carl R. Islamists in the “rainbow” coalition // Society. – N.Y., 2008.- Vol. 45, №2. – P. 181-190.

[9] Chapman Р. Miliband wants new start with Muslim community // http://www.muslimnews.co.uk/paper/index.php?article=5090

 

[10] Community cohesion: A report of the independent review team chaired by Ted Cantle. – L., 2001.- 80p.

[11] Davies S. Labour “encouraged mass immigration to UK” http://news.sky.com/skynews/Home/Politics/Ex-Government-Adviser-Andrew-Neather-Says-Mass-Immigration-To-UK-Was Deliberate/Article/200910415414170

 

[12] Hall S. Kennedy claims surge in ethnic vote // The Guardian.- L., 2004.- 28 may.

[13] Hall S. Muslims told not to vote for Labour //The Guardian.- L., 2004.- 2004.- 31 may.

[14] In prise of multiculturalism //Economist.- L., 2007.- 14 june // http://www.hereandnow365.co.uk/attachments/016_in-praise-of-multiculturalism.pdf

 

[15] Kepel G. Muslims and multiculturalism in Britain: Where did we go wrong? – Mode of access: http://www.quilliamfoundation.org/index.php/component/content/article/365

 

[16] Kundnani A. The death of multiculturalism // http://rac.sagepub.com/content/43/4/67.extract

 

[17] Labour party immigration scandal //

http://wikibin.org/articles/labour-party-immigration-scandal.html

 

[18] Lowles N., Painter A. Fear a. hope. The new politics of identity /A Searchlight Educational Trust project.- L., 2011 // http://www.fearandhope.org.uk/project-report/

 

[19] Mayor’s BNP outburst at Phillips // http://news.bbc.co.uk/2/hi/uk_news/politics/5301498.stm

 

[20] Nick Clegg sets out vision of multiculturalism // http://www.bbc.co.uk/news/uk-politics-12638017

 

[21] North C. J. Labour leader Ed Miliband panders to muslims as british resistance to islam grows //

http://bnp.org.uk/news/labour-leader-ed-miliband-panders-muslims-british-resistance-islam-grows

 

[22] PM’s speech at Munich Security conference // http://www.number10.gov.uk/news/speeches-and-transcripts/2011/02/pms-speech-at-munich-security-conference-60293

 

[23] «Sharia law will undermine British society», warns in attack on multiculturalism // The Daily Mail .- L., 2008.- 26 feb.

[24] Travis A. Muslims abandon Labour over Iraq war //The Guardian. – L., 2004.- 15 march.

[25] Walters S. ‘Dishonest’ Blair and Straw accused over secret plan for multicultural UK //

http://www.dailymail.co.uk/news/article-1222769/Dishonest-Blair-Straw-accused-secret-plan-multicultural-UK.html

 

[26] Whitehead T. Labour wanted mass immigration to make UK more multicultural, says former adviser //The Daily Telegraph.- L., 2009.- 23 oct.

 

Материал  Института демократии и сотрудничества (Париж) и Фонда исторической перспективы(Москва).

 

«Россiя и Европа». Проблемы демократии и сотрудничества.

          Информационно-аналитический бюллетень,  Номер 4 (13)