Эдгар НИКОЛАЕВ : Язык преткновения

Михаил Швыдкой хочет устроить «культурную революцию» в Литве, Латвии и Эстонии 

 

Калининград на минувшей неделе стал площадкой, на которой говорили об отношениях России и стран Балтии в сфере культуры. Напомним, в середине марта политологи из Таллина и Москвы уже обсуждали там перспективы отношения двух стран после выборов в Рийгикогу. А 1 апреля в самый западный российский город съехались деятели культуры из Латвии, Литвы и Эстонии – директора русских театров в Риге и Таллине Эдуард Цеховал и Светлана Янчек (только-только сменившая Пауля Химму организатор «Золотых масок»), директор Института Пушкина в Эстонии Андрей Красноглазов, члены парламентов трех балтийских республик Яак Аллик (Эстония), Игорь Пименов (Латвия), Юлюс Даутартас (Литва), ректор Вильнюсского педагогического университета Альгирдас Гайжутис, писатели, журналисты, историки, театроведы и прочие.

 

Не пустой разговор

 

Поводом для визита в город, некогда считавшийся военным форпостом, стала конференция (или как ее назвали организаторы – «открытая дискуссия») о роли русской культуры в странах Балтии. Ведущим дискуссии выступил тот, кому эту самую культуру развивать положено по должности – специальный представитель президента России по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой. На российском телевидении он давно ведет передачи на разные культурологические темы. Одна из них называется «Культурная революция». Неизвестно, хотел ли господин Швыдкой, бывший министр культуры, устроить «революцию» в Калининграде, но, по крайней мере, организовать содержательную дискуссию сумел.

Политикам России и Балтийских стран редко удается найти между собой общий язык. Именно язык зачастую становится тем «камнем преткновения», который блокирует улучшение отношений с Москвой. Из последних событий такого рода – принятый в феврале Рийгикогу закон о государственном языке. Еще на стадии его разработки в МИД РФ критически оценил законопроект, считая, что «Эстония предпринимает новые шаги по ужесточению языковой политики в отношении представителей нетитульного населения страны, усиливает дискриминацию проживающего в Эстонии русскоговорящего меньшинства». Похожая история в Латвии, министерство культуры представило «Проект введения в основные принципы национальной идентичности и интеграции», вызвавший немало замечаний со стороны латвийского экспертного сообщества (в частности, Сергей Крук подверг критике «насильственный подход к интеграции», сравнив его с большевистским подходом). В марте в Латвии начался сбор подписей в поддержку внесения изменений в Конституцию Латвии с целью придания русскому языку статуса второго государственного. Акция предпринята в противовес инициативе по сбору подписей в поддержку законопроекта о переводе финансируемого государством образования только на государственный язык. Сейм Литвы в марте принял изменения в закон о просвещении, касающийся преподавания в школах на языках национальных меньшинств. Поправки уже вызвали негативную реакцию со стороны Польши – польское национальное меньшинство, как и русское, довольно заметно в Литве. Словом, поговорить собравшимся было о чем. Поскольку политики предпочитают обмениваться лишь грозными заявлениями, то в диалог включились деятели культуры, настроенные более миролюбиво. Впрочем, роль своего рода парламентера для деятелей культуры вполне естественна.

«Балтийский регион – особый мир с особыми традициями с особым пониманием геополитических проблем. Двадцать лет назад произошли процессы, которые разделили наши государства. Мы все оказались жертвами советской системы. Советский человек пострадал так же, как литовец, эстонец, латыш. Поэтому надо различать советскую систему и русскую культуру», – в самом начале призвал господин Швыдкой. Он назвал «нормальным» тот факт, что у России есть свои политические интересы в отношении соотечественников за рубежом: «Не важно, где они живут – в Латвии, Литве, Эстонии, на или в Украине. И мы их будем отстаивать. Это нормально. Но помимо текущей политики есть серьезное глубокое взаимодействие культур. Моя позиция простая. Перспектива русской культуры в регионе зависит не от того, что происходит в Эстонии Латвии или Литве. Все зависит только от того, что происходит в России. Будет сильная, привлекательная для учебы, работы, бизнеса, жизни вообще Россия, – все будут учить тот язык, который позволит самореализоваться. Поэтому я, честно говоря, не очень надеюсь на Толстого и Достоевского. Мир слишком усложнился».

 

Горе от недостатка ума

 

Бывший министр культуры Яак Аллик, который от Социал-демократов прошел в Рийгикогу (для чего несколько месяцев прожил в Нарве, где вел свою кампанию и ставил спектакли), был довольно откровенен в оценках: «Недавно эстонский МИД рекомендовал не принимать участия в мероприятиях по русской культуре. Людям сказали трижды подумать, так как в таких акциях видят поддержку Москвой соотечественников. Я думал менее трех раз и теперь выступаю в Калининграде, потому что мне не свойственна повышенная параноидальность в отношениях между соседями». В то же время он призвал задуматься над тем, в каком же положении пребывают русские в Эстонии. По его мнению, России пора спасать «своих» интеллигентов в Эстонии: «Сегодня русскоговорящее население в Эстонии почти не имеет собственной интеллигенции, особенно гуманитарной. Для решения этой задачи у русских в Эстонии собственных материальных и духовных средств не достаточно. А у эстонского правительства не хватает ума, чтобы понять приоритетность этой цели для сохранения межнационального мира в Эстонии». Аллик предложил заняться обучением учителей, устроить целевой прием в аспирантуру и докторантуру в российские вузы, проводить совместные семинары и конференции, работать по единым исследовательским проектам, а также создать центр мониторинга социально-экономического и культурологического положения дел русского населения в странах Балтии. Он уверен, что кардинальное решение проблемы не может состояться без доброй воли эстонского государства и согласованной политики Эстонии и России по этому вопросу. В конце своего выступления он подчеркнул: «Без российской нефти как-то прожить можно. Без русской культуры – нет».

Член Сейма Литвы (фракция Консерваторы Литвы/Союз Отечества) Юлюс Даутартас неожиданно предложил: «Польша очень сильно помогает своим школам в Литве. Мы не против принять эту помощь. В Литве есть польский институт культуры, французский, немецкий институт Гете. А где же российский?» По его мнению, такой институт нужен хотя бы потому, что местное телевидение более не показывает передачи на русском языке. Швыдкой, как бывший телевизионщик, отреагировал молниеносно: «Когда уходят русские программы с телевидения и радио в Эстонии, Латвии, Литве, русские начинают смотреть Москву. И начинают жить в совершенно другом мире. Это очень плохо для ваших стран. Люди, которые могут быть социально активными, а вы их теряете, так как они живут политической жизнью Российской Федерации. Это потеря для вас». А директор Института Пушкина в Таллине Андрей Красноглазов заметил: «Эстонские власти не примут от России подобной помощи. Россия пыталась открыть русский центр в Таллинском или Тартуском университетах. Везде отказы, причем неоднократные. Что же, мы открыли у себя!» Светлана Янчек, и.о. директора Русского театра в Талинне, положение дел с русским языком назвала сложнейшим, сообщив, что русский язык забывается, не изучается, не используется молодежью, превращаясь из языка литературного в язык улиц. Она надеется, что ее театр чем-то сможет помочь в этой ситуации. «Да, да! Были случаи – приходят в гости ребята с именами Данила или Никита, а читать по-русски не умеют! Так где те люди, которые будут развивать и поддерживать русский язык и культуру в Эстонии?» – дополнил ее Красноглазов.

 

И не друг, и не брат, а так?

 

После четырех часов разговора Швыдкой сделал вывод-предложение: «Все из нас живут в своем контексте. Общего контекста нет, есть только общая география. Вот сейчас мы вернемся в свои страны, и каждый заживет в собственном мире. Но все мы озабочены состоянием культуры в своих странах, и все мы обеспокоены тем, что качество языка падает и это общий процесс. Поэтому наш разговор в Калининграде – только прелюдия. Предлагаю создать площадку для обсуждения самых разных проблем, которая может «двигаться» из страны в страну». По его мнению, всем (и Москве, и Вильнюсу, и Риге, и Таллину) надо понять простую вещь: «Если посмотрим на общемировую ситуацию, то поймем, что мы не просто близкие родственники. Мы просто одни и те же люди. Впереди нас ждут общие вызовы. И мы должны найти базу для консолидации, для сохранения наших культурных генотипов».

Швыдкой вспомнил старый анекдот, который был популярен после известных пражских событий 1968 года: «В 1969 году в чешской школе учительница задает вопрос детям: «Ребята, а кто для нас русские? Братья? Или друзья?» «Братья, конечно, – отвечают дети. – Друзей-то выбирают». Я хотел бы, чтобы мы были братьями, которых выбрали. От атмосферы диалога очень много зависит. Мы очень много ругались последние годы, когда вы доказывали, что вы уже государства, а мы – еще государство. И сейчас хорошее время, чтобы начать диалог по существу».

Эдгар НИКОЛАЕВ.